Все имена, лица и характеры книги 'Письмо удивительному китайцу' не вымышлены, они реальны. Они продолжают писать, редко шлют приветы, некоторые покинули нас навсегда, но все еще входят в живой круг моего общения. 'Домашняя поэтика' Владивостока — вот что занимало мою мысль, когда я отвлекался от японских переводов трудных романов Юкио Мисима, чтобы вглядеться в живые лица своего круга общения — дальнего и ближнего. Здесь вы встретите вновь открытых мной поэтов древнего 'государства у моря' Бохай, сгинувшего в восьмом веке под набегами воинственных племён тунгусов, беглых русских футуристов периода русской революции, нашедших временное пристанище на окраине российской империи, а также советских поэтов, внезапно исчезнувших без какой-либо внешней причины до окончания тысячелетия.
